Михаил Захаров: секс, ложь и правительство

Что это все о политике, когда можно говорить еще и о вечном. Что сегодня волнует граждан России? Неужели Путин в батискафе, Медведев с айпадом, Навальный с московскими выборами или даже возвращаемые промилле? Темы, разумеется, важные, но точно не вечные. А что сказать про вечные ценности?

Оказывается — есть что. Нехитрые ценностные вопросы на предмет самоощущения сограждан задал тут «Левада-центр». Надо сказать, что самое интересное даже не в вопросах и ответах, а в динамике — ведь те же вопросы центр задает с 1992 года. И это не про геев, не про политику и не про воровство, это про людей, как они есть. А теперь слово сухим данным.

«Допустимо ли физически наказывать детей?», — спросили социологи. Россияне, конечно, не определились, но больше против порки, чем за. В 1992 году считали условное «наказание ремнем» нормальным 16 процентов, против были 58 процентов. Уже к концу 90-х часть населения от гуманизма устала и с тех пор настроения по этому поводу стабильны. Нормальной порку считает уже 29 процентов, недопустимой — 69. Не самый тривиальный случай — увеличилось число сторонников и той, и другой точки зрения за счет неопределившихся.

И что показательно: в ходе процесса над Pussy Riot много говорилось о как бы гуманном решении: «выпороть и отпустить». Тогда ВЦИОМ провел опрос о возрождении в России такой меры наказания и выяснил, что 27 процентов населения в целом за введение телесных наказаний в качестве наказания за преступления (9 процентов поддерживали «безусловно», 18 — склонялись к этой позиции). 66 процентов (категорически против было 30 из них) порку не поддержали. Хотя что мы опять о политике: наверно, просто россияне к «панк-феминисткам» отнеслись таким же образом, как они относятся к своим собственным детям.

А вот точно про жизнь: допустима ли измена? В формулировке социологов: «можно ли помимо мужа (жены) иметь любовника (любовницу)?» Тут картина почти стабильная, без динамики. 1992 год — «да» говорит 26 процентов, «нет» — 47, и так на протяжении 90-х, 2000-х и в 2013 году «за» почти те же 34 процента, «против» — 50.

Толерантнее зато стали относиться россияне к сексу до брака. Всего 42 процента считали это допустимым в 1992 году, 52-53 — в 1998 и 2009, 58 процентов — в 2013. Число противников добрачных половых связей сократилось не так радикально, но тоже сократилось — с 36 процентов до 31. В СССР секса, конечно же, не было, но относительное большинство считало его нормальным до брака. Хотя по нынешним временам это тоже политика: поминать СССР…

«Допустимо ли заниматься сексом без любви?», — спрашивали социологи ошалевших от свободы и демократии людей в марте 1992 года. Памятуя, что в СССР секса не было, а людей само слово еще смущало, 16 процентов ответили «да». Слово сейчас смущать перестало, и уже 40 процентов (в 1998 году — 26, в 2009 — 32) вполне допускают секс без любви и их количество почти достигло уровня противников такой точки зрения. В 1992 году секс без любви презирали 57 процентов, а теперь только 43.

Три предыдущие вопроса, безусловно, показывают сложное и дробное отношение россиян к интимной жизни, но точно говорят об одном: никакое «атомное православие», никакие провозглашаемые «духовные скрепы», никакие «православные чекисты» или там «прокуроры», никакая «путинская стабильность» не остановили того, что Вильгельм Райх некогда окрестил «сексуальной революцией». Хотя мы же договорились — без политики. Какая тут политика: сплошной секс, у нас и политика сплошной секс, причем иногда тот самый, пропаганда которого ныне усилиями депутатов запрещена. Смотреть точно тошно, та еще пропаганда.

«Допустимо ли «выносить» что-то с места работы?», — такого вопроса, к сожалению, в 1992 году не задали, хотя стоило бы. В 2009 допустимым «вынос» (то есть воровство у работодателя) одобрили 16 процентов, против были 77. Теперь «за» уже 24, против — 64. Если цифры не врут, то вполне вероятно, что перед нами последствия экономического кризиса и падения уровня жизни населения. Не хватает чего-то — укради с работы, если можно, то продай это. Почти прямое следствие этого — все усилия правительства на тему «повышения производительности труда» будут наталкиваться на одно и то же препятствие: «они делают вид, что нам платят, мы делаем вид, что работаем».

В ту же степь вопрос «можно ли жить не по средствам». Можно, полагали чуть более 20 процентов и 1992 (точнее — 24 процента) году, и в 2009 году (22 процента). Сейчас уверенно на этот вопрос отвечает «да» 32 процента. Понятно, что доступные кредиты многих развращают, но жить не по средствам — это значит совсем не смотреть в будущее. Впрочем, рост и здесь за счет неопределившихся, да и ту же рецессию никто не отменял, многие живут теперь не по средствам — все дорожает, а доходы стоят на месте.

Зато налоги, полагают россияне, надо платить. Спокойно на процесс взимания налогов смотрели 19 процентов в 1992 году (впрочем, понимали ли они, что такое налоги вообще?), сейчас примерно столько же, сколько и в 1998 году — 27 процентов. Противников неуплаты налогов куда больше — 60 процентов. Правда, есть подозрение, что под налогами опрошенные понимали не свои налоги, а налоги условного коллективного «олигарха-капиталиста». Хотя «олигархи» — это опять про политику практически.

Тогда совсем о морали: лгать во имя благой цели в 1992 году было не принято. Вернее: противников такой лжи было чуть больше, чем сторонников (36 против 33). к сегодняшнему дню картина поменялась почти радикально. Теперь 61 процент толерантны ко лжи (если во имя благой цели), а число противников ее сократилось до 26. Максим Горький в новой России потерпел настоящее фиаско: ложь во спасение стала нормой.

Ценности поменялись вместе со страной: сексуальная революция или эволюция, уж скорее, спокойное отношение к воровству, толерантное к «нормальной» лжи. Но есть и «островки стабильности». Что почти стабильно, так это отношение к правилам: недопустимым переход улицы в неположенном месте считает 72 процента (в 1992 году — 61 процент), допустимым — 24 (20 лет назад — 22).

И вот еще сюжет о стабильности. «Допустимо ли критиковать правительство?» 1992 год — «допустимо» отвечает 76 процентов. 1998 год — 85 процентов. 2009 год — 81 процент. 2013 год — 80 процентов. Это вряд ли «правительство» как «Правительство Российской федерации» имеется в виду, это правительство как «власть» вообще. В 1992 году это было правительство Гайдара и оно было именно что «властью» (выносим за скобки президента Ельцина). В 2009 году это было правительство «национального лидера» Владимира Путина и все равно критиковать его хотят четыре пятых населения. Похоже, это вечная ценность — критиковать власть. Хотя говорили ведь — в этом тексте никакой политики, потому — без комментариев.